Cyfrowa Etnografia

f9a9e96a9b095127a8b4a0bc943ca2ff.pdf

Media

Part of Summaries / Polska Sztuka Ludowa - Konteksty 1972 t.26 z.4

extracted text

S

U

M

M

A

R

I

E

S

•

Р

Е

З

Ю

М

Е

SUMMARY O F A R T I C L E S
S t a n i s ł a w B ł a s z c z y k — FOLK CULT SCULPTU­
RES I N T H E W I E L K O P O L S K A REGION.
Conclusion.
A p a r t from m u l t i - f i g u r e compositions, widespread i n
the southern p a r t of the Wielkopolska region, we find
all over the region — as elsewhere — free-standing cult
sculptures, mainly figures of Christ, and as regards pa­
tron saints, the most frequently found is St. Laurence,
the patron of fire, and by waters — St. John of Nepomuk;
there are quite numerous figures of St. Roch and St. Ro­
salie, for protection against plague and St. Benno to pro­
tect cattle. The figure of Our Lady is found more often
i n bass reliefs on columns and crosses, less frequently as
a free standing pieta i n shrines. Here and there the M a ­
donna is found i n local versions, for instance, the Turska
Madonna. I n connection w i t h local cult, there are also
numerous figures of St. Giles, p a r t i c u l a r l y i n the south­
ern part of the Wielkopolska region, near the centre of
this cult — Mikorzyna, near K ę p n o .
F r o m the formal point of view, the sculptured cult
of figures i n Wielkopolska can Ibe divided into four types.
The first is marked for compactness, accenting the lines
of the sculpture as a whole w i t h avoidance of a lot ot
detail (for instance, f i g . 32), the second is characterised
by predominance of rhythmic-decorative elements (see
fig. 34, 35), the t h i r d type is marked for expressiveness
(fig. 36, 37) and the f o r t h type represents the p r i m i t i v e
sculpturing i n w h i c h the authors achieve sincerity of ex­
pression despite a glaring lack of technical s k i l l (see
fig. 33,38).
The artistic value of the folk sculptures of the W i e l ­
kopolska region which — as is shown by a review of
types of crucifixes — quite often have features recognised
as „ g e n u i n e " folk art has not so far been evaluated
univocally. As early as the 19th century, p a r t i c u l a r l y i n
the p i l l a r compositions of B r y l i ń s k i — the most prolific
folk sculptor of the Wielkopolska region — realistic fea­
tures began to appear. These features led to the nega­
tive evaluation of Wielkopolska sculptures made from
the point of view of the theory of the universal folk
style, the main champion of which is Józef Grabowski.
He considers that sculptures t h a t are not marked for
"naivete of vision giving prominence to r h y t h m i c and
simple symmetry" do not m e r i t the name o f folk art. This
criterion can not be applied in f u l l i n evaluating the
sculptures of the Wielkopolska region. Evaluations based
only on f o r m do mot take into account the ideological va­
lues of the w o r k , which i n folk art are of basis i m p o r t a n ­
ce. For the f o r m of folk works of art is only the way of
expressing the substance and not the exclusive aim of
the artist. Therefore, i n evaluating the artistic aspect of
folk sculptures, one should apply such criteria w h i c h take
into account the changes i n the aesthetic tastes of the
people, above a l l , the ideological meaning of the sculpture
as a medium of conveying v i t a l c u l t u r a l contents. Such
an approach 'makes possible a proper evaluation of cult
sculptures i n the Wielkopolska region, where the changes
i n the aeshetic tastes of the people characteristic for
the whole of Poland, made themselves evident already
in the second half of the 19th century and are not i n
the least synonymous w i t h the decline of folk art.
Barbara
P o l o c z k o w a — CIESZYN
COSTUMES I N T H E 19th CENTURY.

REGIONAL

The article fills the gap that existed in studies on
the regional costumes of the Cieszyn region, giving an
accurate description of the folk costumes i n the locali­
ties of Cieszyn, Skoczów and Bielsko.
This applies i n particular to men's costumes, which
were no longer w o r n i n this region by the end of the
19th century and have not been studied very much.

There is more information concerning the women's cos­
tumes, wihich were w o r n longer after the men had
stopped dressing i n regional costumes.
The men's regional constumes were marked for
their simplicity. The oldest and most representative part
of the costume was a waistcoat ornamented w i t h silver
buttons and a cape-coat which was longer than the usual
ones. The trousers were cut n a r r o w and were w o r n w i t h
high boots. Round the waist the men wore a long, wide
waist band wound round the waist several times. The
hat was high-crowned, usually black or grey.
As regards embroidered ornamentation, back-stitch
was used, the motifs being w a v y lines.
The women's costumes, much more dressy than the
men's, were also much more different from the t o w n
wear than the men's costumes. The women wore f u l l ,
brown skirts adorned at the hem w i t h sky-blue embroide­
r y . Their aprons were either of stiff silk w i t h ornamen­
tation or of linen, ornamented w i t h printed flower-pat­
tern bands. The most important par of their costume was
the kabatek (bodice).
They wore red stockings which were arranged i n
horizontal folds and black shoes.
The head-dress was either a bonnet ornamented w i t h
p i l l o w lace or a kerchief: white w i t h embroidery i n the
corner for feast days or a sky blue one w i t h p r i n t e d pat­
tern for everyday wear. I n the w i n t e r they wore a quilted
spencer of dark maroon cloth. The more wealthy women
women wore silver ornaments (belts, clasps) and their
costumes were more richly embroidered and had more
frills.
On the basis of literature on the subject and the
collections kept i n the Cieszyn Regional Museum i t is
possible to follow the changes that took place w i t h the
passing of time. The skirts, for instance, were f o r m e r l y
made of homespun cloth, and later of factory made ma­
terials and the colour changed f r o m b r o w n to the fash­
ionable black. As regards the emjbroidery, the orginal
large flower motifs of a baroque character gave way to
smaller forms of a more realistic nature. The silver orna­
ments, formerly cast or stamped, were replaced i n the
middle of the 19th century by filigree w o r k .
The regional costumes of the Cieszyn region, originat­
ing from the group of historical Renaissance costumes,
for a long time had many features i n common w i t h other
ethnic groups i n Central Europe. Hence i n the Silesian
district many of its elements were found outside the Cie­
szyn region itself. The range of the Cieszyn costumes
changed i n the course of the 19th century. I n the first
half of the century i t stopped at the line of the Beskid
Mountains i n the south, and went beyond the Vistula i n
the north, extending to Pszczyna. On the other hand, i n
the second half of the 19th century, its range of occur­
rence went farther south to the northern slopes of the
Beskid Mountains, and w i t h d r e w from the n o r t h giving
way to forms taken from the regional costumes of G ó r z ­
no and Cracow regions.
Franciszek
Kotula
WŁADYSŁAW CHAJEC.

—

„KODEX

A . D . 1967" —

The author of the article presents the w e l l k n o w n
sculptor W ł a d y s ł a w Chajec i n another light, namely, as
an excellent story-teller and author of drawings i l l u s t r a t ­
ing the stories he heard i n his childhood, old customs
and manners, beliefs and events remembered by h i m .
The "Kodex" (Code) to w h i c h we have referred consists
of 38 two-page leaflets i n a "jacket", on which there is
a brief title and a symbolical drawing representing the
contents of the leaflet. As regards the leaflet itself, on
the left-hand page is the drawing and on the r i g h t - h a n d
page the text. The article is supplemented w i t h drawings
and authentic texts.

191

РЕЗЮМЕ
С т а н и с л а в Б л а щ и к — НАРОДНАЯ
ВАЯ С К У Л Ь П Т У Р А В ВЕЛИКОПОЛЫ1ТЕ.
ОКОНЧАНИЕ

КУЛЬТО­

Р я д о м с р а с п р о с т р а н е н н ы м и на юге В е л и к о п о л ь ш и м н о г о ф и г у р н ы м и к о м п о з и ц и я м и , по в с е й в е л и к о польской территории, равно к а к и в других местно­
стях,
встречаются
свободно
стоящие
культовые
с к у л ь п т у р ы , г л а в н ы м образом ф и г у р ы Х р и с т а , а среди
с в я т ы х п о к р о в и т е л е й ч а щ е всего св. В а в ж и н е ц (Лав­
рентий) — з а щ и т н и к от огня и св. Ян Н е п о м у ц е п
з а щ и т н и к от поды. Часто в с т р е ч а ю т с я т а к ж е св. Р о х
и св. Р о з а л и я , з а щ и щ а ю щ и е от з а р а з ы и св. Бепоп,
о п е к а ю щ и й скот. Б о ж и я М а т е р ь ч а щ е всего ф и г у р и ­
рует па б а р е л ь е ф а х етолбоп и к р е с т о в , р е ж е к а к с в о ­
бодно с т о я щ а я П ь е т а в ч а с о в е н к а х . И з р е д к а в с т р е ч а ­
ется ф и г у р а
Б о г о м а т е р и , х а р а к т е р н а я д л я данной
местности, к а к паприм. Т у р с к а я Б о ж и я М а т е р ь . С м е ­
стным культом связаны т а к ж е многочисленные ф и ­
г у р ы св. И д з и , особенно п ю ж н о й части В е л и к о п о л ь пга, поблизости центра этого к у л ь т а , т.е. в ?\Тикожине
ок. К е м п н а .
С формальной точки зрения великопольскую ф и ­
гурную скульптуру культового
назначения
можно
р а з д е л и т ь на ч е т ы р е т и п а . П е р в ы й о т л и ч а е т с я к о м ­
пактностью, которая подчеркивает пластичность изо­
б р а ж е н и я , и з б е г а я д е т а л е й (илл. 32). во втором преоб­
л а д а ю т р и т м и ч н о - д е к о р а т и в н ы е э л е м е н т ы (напр. и л л .
34, 35), т р е т и й о т л и ч а е т с я б о л ь ш о й э к с п р е с и в п о с т ь ю
(илл. 36, 37), к четвертому типу о т н о с я т с я п р и м и т и в ­
ные с к у л ь п т у р ы , а в т о р ы к о т о р ы х , н е с м о т р я на р а з и ­
т е л ь н ы е т е х н и ч е с к и е н е д о ч е т ы , п р и д а ю т своим п р о ­
и з в е д е н и я м у б е д и т е л ь н у ю в ы р а з и т е л ь н о с т ь (наприм,
и л л . 33, 38).
О ц е н к а х у д о ж е с т в е н н ы х свойств и е л и к о п о л ь с к о й
народной с к у л ь п т у р ы , к о т о р а я — к а к с в и д е т е л ь с т в у е т
т о п о л о г и ч е с к и й обзор, п р о в о д и м ы й на п р и м е р е р а с п я ­
тия, — н е р е д к о о т л и ч а е т с я „ п о д л и н н о " н а р о д н ы м и ч е р ­
тами, до сих пор не о д н о з н а ч н а . У ж е в X I X в., особенно
в с т о л б о в ы х к о м п о з и ц и я х Б р ы л и н с к о г о , самого п л о ­
довитого народного с к у л ь п т о р а В е л и к о п о л ь ш и , н а ч а л и
в ы с т у п а т ь р е а л и с т и ч е с к и е э л е м е н т ы . Они с т а л и п р и ­
чиной о т р и ц а т е л ь н о й о ц е н к и в е л и к о п о л ь с к о й с к у л ь п ­
т у р ы , проводимой с позиции т е о р и и у н и в е р с а л ь н о г о
народного с т и л я , г л а в н ы м с т о р о н н и к о м которой я в ­
л я е т с я Ю з е ф Грабовски. Он считает, что с к у л ь п т у р ы ,
к о т о р ы е не о т л и ч а ю т с я
„наивностью
изображения
п р и в ы д е л е н и и р и т м и ч е с к о г о п о р я д к а и простой с и м ­
м е т р и и " не следует п р и ч и с л я т ь к н а р о д н ы м . Т а к о й
к р и т е р и й не в п о л н е п р и м е н и м п р и оценке в е л и к о п о л ь с к о й с к у л ь п т у р ы , ибо н е л ь з я о ц е н и в а т ь т о л ь к о
ф о р м у , не п р и н и м а я во в н и м а н и е и д е й н ы е ценности,
к о т о р ы е в п р о и з в е д е н и я х народного т в о р ч е с т в а имеют
основное з н а ч е н и е . В н а р о д н о м т в о р ч е с т в е ф о р м а я в ­
л я е т с я л и ш ь способом в ы р а ж е н и я с о д е р ж а н и я , по
отнюдь не е д и н с т в е н н о й ц е л ь ю х у д о ж н и к а . С л е д о в а ­
т е л ь н о надо п р и м е н я т ь т а к и е к р и т е р и и х у д о ж е с т в е н ­
ной о ц е н к и народной с к у л ь п т у р ы , к о т о р ы е п р и н и м а ю т
во в н и м а н и е п е р е м е н ы , п р о и с х о д я щ и е в э с т е т и ч е с к и х
вкусах народа, учитывал
п р е ж д е всего
идейный
с м ы с л с к у л ь п т у р ы ,как средства п е р е д а ч и ж и з н е у т ­
верждающей
культурной
сущности. Т а к о й в з г л я д
дает в о з м о ж н о с т ь д о л ж н ы м образом о ц е н и т ь к у л ь т о ­
вую с к у л ь п т у р у В е л и к о п о л ь ш и , где п е р е м е н ы в э с т е ­
т и ч е с к и х в к у с а х н а р о д а , х а р а к т е р н ы е сейчас д л я всей
П о л ы н и , с т а л и в ы с т у п а т ь у ж е во второй п о л о в и н е
X I X в., п р и ч е м я в л е н и е это пе р а в н о з н а ч н о у п а д к у
народного и с к у с с т в а .
К а рб а р а По ле ч к о и а
В X I X В.

— ЦЕШИНСКИЙ

НАРЯД

Н а с т о я щ а я с т а т ь я з а п о л н я е т пробел в и с с л е д о в а ­
н и я х , к а с а ю щ и х с я ц е ш и н с к о г о н а р я д а . Автор д а е т

i

подробную х а р а к т е р и с т и к у народного костюма в о к ­
р е с т н о с т я х Ц е ш и н а , Скочова и В е л ь с к а .
Особенно мало и с с л е д о в а н до сих пор м у ж с к о й
костюм, которого на этой т е р р и т о р и и не носят у ж е
с к о н ц а X I X в. Ж е н с к и й н а р я д б ы л д о л ь ш е в у п о ­
т р е б л е н и и и о нем с о х р а н и л а с ь более б о г а т а я д о к у ­
ментация.
В данных местностях мужской костюм отличался
*воей простотой. С а м а я с т а р а я и наиболее х а р а к т е р ­
н а я часть к с с т ю м а — к о р о т к и й в т а л и ю к а м з о л . Б о ­
лее с о с т о я т е л ь н ы е
украшали
камзол
серебряными
пуговицами и носили п л а щ и — п е л е р и н ы подлиннее.
У з к и е б р ю к и з а п р а в л я л и с ь в сапоги. Д л и н н ы й ш и р о ­
кий пояс о х в а т ы в а л н е с к о л ь к о р а з т а л и ю . Ш л я п ы
носили в ы с о к и е черного или серого цвета. К о с т ю м ы
у к р а ш а л и с ь в ы ш и в к а м и , в к о т о р ы х п р е о б л а д а л мотив
и з в и л и с т о й л и н и и , в ы п о л н е н н о й с т е б е л ь ч а т ы м швом.
Ж е н с к а я одежда была значительно наряднее м у ж е к е й и более чем м у ж с к а я р а з н и л а с ь от городской.
Ж е н щ и н ы носили т е м н ы е с б о р ч а т ы е юбки, о б ш и т ы е
внизу голубой каймой. П е р е д н и к и и з плотного ш е л к а
либо
полотна о б ш и в а л и ш т а п е л ь н ы м и
полосками
с ц в е т о ч н ы м узором. В а ж н о й ч а с т ь ю н а р я д а я в л я л с я
ж а к е т . На ногах к р а с н ы е ч у л к и в п о п е р е ч н у ю с к л а д ­
ку и ч е р н ы е б о т и н к и . Головной убор с о с т а в л я л чепец,
отделанный
коклюшечными
к р у ж е в а м и , либо п л а ­
ток — по п р а з д н и к а м б е л ы й с в ы ш и в к о й по у г л а м ,
п будни —• голубой ш т а п е л ь н ы й . З и м о й в е р х н е й о д е ж ­
дой я в л я л а с ь в а т н а я к у р т к а , к р ы т а я сукном ц в е т а
слипы. Б о л е е з а ж и т о ч н ы е ж е н щ и н ы носили с е р е б р я ­
ные у к р а ш е н и я (пояса, з а с т е ж к и ) , о т д е л ы в а л и о д е ж д у
богатыми в ы ш и в к а м и и о б о р к а м и .
На основании литературы и сохранившихся в Ц с ш и и с к о м музее к о л л е к ц и й м о ж н о п р о с л е д и т ь п р о и с ­
х о д и в ш и е с т е ч е н и е м в р е м е н и и з м е н е н и я моды. Т а к ,
например, юбки, к о т о р ы е п р е ж д е ш и л и и з темного д о ­
м о т к а н н о г о сукна, с т а л и позднее ш и т ь из ф а б р и ч н ы х
т к а н е й модного черного цвета. К р у п н ы й ц в е т о ч н ы й
узор барочного х а р а к т е р а сменил более м е л к и й и р е ­
а л и с т и ч е с к и й . В середине X I X в. с т а л и з а м е н я т ь се­
р е б р я н ы е у к р а ш е н и я — л и т ь ю либо ш т а м п о в а н н ы е —
филигранными.
Цешинский наряд, принадлежащий к группе и с чмел много общего с о д е ж д о й других э т н и ч е с к и х
т о р и ч е с к о й о д е ж д ы 'лгохи Р е н е с с а н с а , долгое в р е м я
г р у п п Ц е н т р а л ь н о й Е в р о п ы . Отсюда многие э л е м е н т ы
этой о д е ж д ы в с т р е ч а ю т с я не т о л ь к о в Ц е ш и н с к о м р а ­
йоне, по и в д р у г и х ю с т н о с т я х С и л е з и и . В
X I X в.
границы распространения одежды цешинского покроя
постепенно м е н я л и с ь . В первой половине в е к а г р а н и ­
цей на юге б ы л а л и н и я Б е с к и д , па севере ж е этот
н а р я д в с т р е ч а л с я е щ е за Вислой в р а й о н е П щ и н ы .
Но второй половине X I X в. г р а н и ц а на юге п е р е д в и ­
н у л а с ь в сторону с е в е р н ы х отрогов Б е с к и д , а на се­
вере отступила, перенимая элементы гожовских и
краковских
нарядов.
Франтищек
ВЛАДИСЛАВА

Ко ту л я
ХАТЩА

— КОДЕКС

A . D . 1967

—

А в т о р статьи, з н а к о м и т нас с и з в е с т н ы м с к у л ь п ­
тором В. Х а й ц е м , в ч а с т н о с т и п р е д с т а в л я е т его к а к
п р е к р а с н о г о р а с с к а з ч и к а и автора р и с у н к о в , и л л ю ­
с т р и р у ю щ и х з а с л ы ш а н н ы е им в детстве с к а з а н и я ,
рассказы о старых обычаях и нравах,
верованиях
и с о х р а н и в ш и х с я в п а м я т и с о б ы т и я х . Эта к о л л е к ц и я
в целом, п о л у ч и в ш а я у п а с н а з в а н и е „ К о д е к с а " , со­
стоит из 38 д в о й н ы х л и с т к о в в „ о б л о ж к а х " с к р а т к и м
з а г л а в и е м и с и м в о л и ч е с к и м рисунком, о т о б р а ж а ю щ и м
с о д е р ж а н и е л и с т к о в . Внутри, с л е в о й с т о р о н ы н а х о ­
д и т с я и л л ю с т р а ц и я , а с правой текст. С т а т ь я с н а б ж е ­
на о р и г и н а л ь н ы м и р и с у н к а м и и т е к с т а м и .